Глава 16.


1

— Сумашедшие огни, нереальная любовь…

— Заткнись.

— Раздевай меня скорей…

— Хлебало на ноль.

— Одевай быстрей ещё..

— Рот off.

— Давай! Давай! Давай!

— Я тебя тресну.

— ДАВАЙ Я ТЕБЯ ОДЕНУ, ЧТОБЫ РАЗДЕТЬ, ДАВАЙ Я ТЕБЯ РАЗДЕНУ, ЧТОБЫ ОДЕТЬ!

— Катя, я не шучу.

— ВСЕ МОИ САНТИМЕТРЫ ЛИШЬ ДЛЯ ТЕБЯ, ВСЕ МОИ САНТИМЕТРЫ ЛЮБЯТ ТЕБЯ-Я-А-А-А…

— Все, ты меня достала.

Арго открыла окно и взяла с подоконника небольшое количество снега. Катя резко замолчала, но было уже поздно. 

— Ай! Арго, прекр… Стой!!

У Кати зазвонил телефон, но Арго это не остановило. Кинув в Черную свежеслепленным довольно большим снежком и, не выслушивая благие маты, летящие на ее рыжую голову, села рядом со мной на диван, выключив музыку.

— Номер не определился, — сказала Катя. – Может, не стоит отвечать?

— Ответь, мало ли что, — посоветовала я, облокотившись спиной на Арго.

Катя с секунду поразмыслила и ответила на звонок.

— Э… что? Это кто?.. А. А-а… А-а-а-а-а-а, приве-е-ет, привет – привет. В смысле, что я такая жизнерадостная? Стой, подожди секунду.

Катя быстро подошла к нам, села рядом на диван и переключила звонок на громкую связь.

— Все, говори, Света.

Арго вздрогнула и недоуменно посмотрела на Катю, а у меня отвисла челюсть: сам Конь Олег, подстилка Кирилла, набралась смелости и позвонила Черной?  Катя сидела красная от едва сдерживаемого смеха, ее всю трясло. Казалось, ее ребра сейчас треснут и смех вырвется наружу.

— Скажи мне правду, — услышали мы низкий и ни хрена не женственный голос Коня. («Святая селедка, какой у нее противный голос», — прошептала Арго). – У тебя был с Кириллом секс?

— Нет.

— И хера ли ты мне врешь? Я – то знаю правду, что ты пиздишь мне тут?

— Ты голос свой на меня не повышай, ясно, сука?

— Ты при мне не матерись! А отвечай на поставленный вопрос.

— Да пошла ты на хер своего шлюховатого урода, поняла? – не выдержала Арго.

Мы услышали чей – то мужской голос.

— Кого – кого?!

Я и Катя переглянулись. 

— Привет, Кирилл, — сказала Арго. – Слышь, уйми своего Коня или кто она там, гиена, крыса или че это вообще, короче, похер, убери ЭТО от трубки. Мало того, что ты ведешь себя, как последняя сука, да еще тут твоя баба не первого сорта своим шалавистым языком что-то гонит нам.

— Что…

— Не перебивай меня!!

— Кирилл, дай трубку…

Послышалась возня.

—  Итак, так вы спали с Кириллом?

Тут уже Катя не выдержала.

— Пф-ф, да! Каждый день! По 75 раз! Все? Ты довольна? Мне медаль?

— Вот ты шлюха…

— От шлюхи слышу.

— Ты ответишь за свои слова, дешевка.

Катя рассмеялась.

— Лол, о’кей, я – то отвечу, а вот сможешь ли ответить ты?

— Я забиваю тебе стрелку. Завтра. В субботу.

— Завтра воскресенье, ну ок.

— Завтра суб… воскр… неважно! Завтра, в шесть часов вечера, на территории заброшенной больницы. У главных ворот.

— Воу, а, может, по традиции, в подъезде?

— Традиции?

— Ну, да, обычноособо «опасные» стрелки происходят в подъездах. Тыры – пыры.

— Нет, мы будем в больнице!!!

— Не ори, шлюха, — сказала я.

— Я забиваю стрелку именно там. Не хочу, чтобы жители тревожились, услышав твои крики. А там никто ничего не услышит.

— Ты так свято надеешься, что услышишь мои крики, слезы на глазах и мольбы о пощаде? Наивная маленькая шлюшка. Всего хорошего, на данный момент у меня нет больше времени и желания разговаривать с бабой не первого сорта.

Катя отключила телефон и положилана столик возле дивана. Где-то секунд сорок стояла тишина. А потом нас вынесло. Мы смеялись до слез, Арго вообще скатилась на пол и икала. У меня от смеха еще сильнее разболелся живот, но я не обратила на это внимания. Я никуда не собираюсь звонить, тем более сейчас. Пока я держусь на ногах, я никому ни на что жаловаться не буду.

… — О, мы пришли ровно в шесть, сказала я, глядя на часы. – Какие – то мы необычайно пунктуальные.

— Их еще нет, — оглядевшись, объявила Катя. – Если они не придут через пять минут, то мы разворачиваемся и идем ко мне. Я не собираюсь их ждать тут до скончания века. У меня дома новая пачка вкусного чая, это приятнее, чем общение с этой шалавой.

Я посмотрела на темное здание старого больничного комплекса. По тем историям, что рассказывала мне мама, это самая загадочная и жуткая больница в городе. Бабушка то и дело рассказывала о самоубийцах, которые кончали со своей жизнью в палатах. Я до сих пор помню ее истории, которую она однажды мне рассказала, когда мы с ней проходили мимо этого здания.

18 лет назад это был единственный больничный комплекс в городе. По рассказам, тут никогда не было очередей, несмотря на большое количество народа, приходившее туда. Хорошо обученные врачи, знающие свое дело и готовые оказать первую помощь в случае чего, новая медицинская аппаратура, зарубежные лекарства в избыточном количестве, чистые уборные и палаты. Однажды в больницу привезли странную женщину. Никто из врачей не знал, чем она болеет и, естественно, не знали, как ей помочь.  А женщине с каждым днем становилось все хуже и хуже, и все ждали, когда она умрет.  Но смерть все не приходила, и тогда кто – то из врачей решил отравить больную. Когда все было приготовлено и готово « к употреблению», женщина внезапно пошла на поправку, что поспособствовало отмене плана врачей. Женщина выздоровела и выписалась. Уходя, она сказала одному из врачей, что отомстит за едва не потерянную жизнь.

Спустя неделю город на город накатилась волна смертей. Больные, в тот момент лежащие в больнице, сходили с ума и кончали с собой, врачи бежали из больницы на дорогу и попадали под колеса словно бы из ниоткуда взявшихся машин. Стали пропадать медикаменты, аппаратура ломалась в самый неподходящий момент, а спустя некоторое время в больнице появились плотоядные крысы и большие тараканы. Больницу закрыли и было категорически запрещено входить в здание. Разрешено было находиться возле ворот комплекса, но входить внутрь – нет. Поначалу даже охранники стояли у входа, но спустя две или три ночи их находили мертвыми в каморках, повешенных на собственных кишках или со вскрытыми венами.

Вспомнив эту историю, я вздрогнула и боязливо посмотрела на пустые и мрачные окна больницы. И почему эта идиотка решила разобраться именно здесь?

— Идут, — тихо сказала Арго. – Наконец-то. Кать, только по-быстрому разберись, хорошо? Мне не по себе от этого места.

Катя кивнула. Мы втроем не отрывали взгляд от трех фигур. Посередине шла маленькая худая девочка в белом пуховике и в черной шапке с какими-то странными семиконечными звездочками, из-под которой торчали нерасчесанные, плохо прокрашенные рыжие волосы. Слева от нее шла высокая полная девушка в темно-синей парке, черноволосая и прыщавая. Справа была худощавая блондинка в белом пальто (учитывая, что сейчас март и, как бы, погода далеко не для пальто) и светло – бежевый шарф.

— О, Света пришла с Ингой и Аней, забавно, — сказала Катя, улыбаясь.

— А что забавного?

— Инга и двух слов связать не может. Она только и умеет, что стоять, молчать, а когда что-то происходит, то материться, причем она повторяет одно и то же слово с интервалом в несколько секунд. И оно вообще не по теме.

— А Аня моя хорошая знакомая, — добавила Арго. – Я ее очень давно и хорошо знаю. Она терпеть не может драки и разборки, удивительно, что она пошла с Олегом к нам. Вероятно, они наврали ей или чего-то не договорили… Я тебя уверяю, если начнется драка, то Аня просто развернется и уйдет.

Троица почти подошла к нам, как тут Олег подскользнулась и упала. Арго заливисто рассмеялась, Катя закусила нижнюю губу и затряслась от едва сдерживаемого смеха, а я даже не улыбнулась. У меня появилось плохое предчувствие. Поскорее бы они уже разобрались, и мы покинули это место.

Света поднялась и отряхнулась. Инга заботливо убрала снег с пуховика подруги, и они подошли к нам. Аня и Арго тепло поздоровались, отчего Олег покраснела от злости, но ничего не сказала.

— Итак, у тебя есть пять минут, чтобы меня заинтересовать, — скрестив руки на груди, сказала Катя.

Олег посмотрела на меня, после чего перевела взгляд на Арго.

— Я бы хотела поговорить с тобой наедине.

— Наедине… значит, мои подруги вместе с твоими могут идти и ждать нас на остановке или в какой-нибудь кафешке?

— Нет, мои подруги будут со мной, а вот твои могут идти.

Арго потеряла дар речи.

— С хера ли? — произнесла я. – Если твои подруги будут, то и мы пойдем. Ты никто, чтобы тут указывать.

Олег хотела было что-то сказать, но передумала. Катя сдавленно хихикнула.

— Раз так, то давай приступим.

Катя едва успела  увернуться. Олег сделала резкий выпад, пытаясь ударить ее в грудь, но Черная быстро отреагировала. Следующий удар она не успела нанести, т.к. Катя перехватила ее руку и скрутила за спину. Послышались крики и маты, которые Катя выслушивала с нескрываемой скукой, облокотившись на спину Олега.

— Я ненавижу тебя!!! От… от… отпуст-ти меня!!!

Катя глубоко вздохнула и стала смотреть на ярко горящий фонарь. Краем глаза я заметила, что Инга собирается помочь подруге. Я перегородила ей дорогу, и та замерла, потупив взгляд.

— Ты успокоилась? – спросила Катя. – Мы можем нормально поговорить?

Олег кивнула. Катя отпустила ее и сделала шаг назад.

— Ты преспокойненько поверила Кушер, но при этом абсолютно ничего не зная. Кушер врала тебе. Именно она больше всех желала, чтобы я и Кирилл были вместе. Она при мне оскорбляла тебя и уговаривала Кирилла порвать с тобой.

— Вранье… — прошипела Света.

— Ага. А то, что Кирилл лез ко мне целоваться – тоже? Он обнимал меня  в тот момент, когда ты писала ему. Он лежал со мной, когда ты ему звонила. Когда нас решила сфотографировать Кушер, то он поцеловал меня. Посмотри на эту фотографию, когда будешь у нее. Или ты решишь, что это фотошоп?

— Ты…

— А когда ты его задалбливала сообщениями, ожидая, пока он тебе ответит, в то время он даже не думал о тебе. На твои сообщения отвечала я. Все то время. Это я уговаривала его встретиться с тобой, это я говорила ему, чтобы он стал больше времени уделять своей девушке, а не мне. Но он не хотел…

— Это ложь! Он бы… никогда…

Олег заплакала. Катя посмотрела на нее с жалостью.

— Теперь-то ты понимаешь, что Алена тебе врала? Ты понимаешь, что она за человек и что за человек этот Кирилл? Ты понимаешь…

— Ничего я не понимаю!!! — закричала Света. – Это все из-за тебя! Это ты виновата, шлюха! Сука, шалава, мразь! Проститутка! Я тебя ненавижу!!

Олег опять попыталась ударить Катю, но она увернулась, схватив противницу за волосы. Олег неосторожно наступила и, подскользнувшись, с криком упала.

— Я прямо почувствовала, как выдрался клок твоих волос… — произнесла Катя и села на нее сверху.

— Слезь с меня, шлюха!

— Да когда же ты успокоишься… — лениво протянула Катя.

Как оказалось, Олег и не собиралась успокаиваться. Она билась, брыкалась, орала и материлась, не желая слушать спокойную речь Черной. Арго уже хотела сама ударить Свету, но сдерживалась. Я тоже была сыта по горло криками этой малолетки. Тут уже и Катя разозлилась и, крепко схватив Свету за волосы, хорошенько ударила ее о лед.

— Катя!

— Олеся, стой, — строго ответила та. – Может, хоть так до нее дойдет. Там все равно мозгов нет. Ты лучше сдерживай Ингу, а то так и намеревается ко мне подойти.

— Ты тупая шлюха, что ты творишь?

— Не дошло…

Катя ударила ее еще раз, в этот раз сильнее. Мы увидели кровь на льду. Арго, походу дела, тоже ее заметила. После второго удара Олег не стала оскорблять Черную, а просто лежала и шмыгала носом, глядя в небо.

— Нам больше нечего тут делать, девочки, — сказала Катя. – Я сказала все, что надо было. Если до нее дошло, значит, не такая уж она и тупая. А не дошло, так плевать. Я устала и хочу чай.

Катя встала с Олега и уже собиралась было уйти, как тут Света резко подскочила и попыталась наброситься Кате на спину. Катя резко повернулась и оттолкнула ее от себя. Олег подскользнулась и, упав на спину, проскользила до железной балки ворот, ударившись об нее головой.

— Теперь нам точно пора идти, — произнесла Арго. – Не думаю, что за этим последует продолжение. 

— Если она так и будет верить Кушер, — добавила Катя. – То мне ее жаль. Увы, Кушер не дорожит друзьями.

 Внезапно мне стало холодно. Неприятные ощущения усилились… Мне стало очень жутко. Я стала лихорадочно осматривать больницу и увидела у входа фигуру женщины. Приглядевшись, я побледнела от страха и судорожно схватила Арго за руку. Арго посмотрела на меня, а потом на то место, куда уставилась я.

— На кого ты смотришь?

— Там стоит женщина… Я знаю ее…

— Но ведь… там никого нет, Олеся.

Я посмотрела на Арго, а потом вновь на Смерть. Последняя помахала мне рукой и, медленно спустившись с лестницы, пошла (можно даже сказать, поплыла) по заснеженной тропинке в сторону Олега и Инги. Аня куда – то запропастилась, вероятно, смылась под шумок.

Я побежала к девочкам.

— Стой, ты куда?

— Катя, нет времени объяснять!!! Инга, поднимай Свету и убегайте оттуда! Скорее!!! Я вижу подозрительного человека, который направляется прямо к вам!!

— Олеся, успокойся… Тут никого, кроме…

— УХОДИТЕ!!! БЫСТРЕЕ!!

Смерть была уже близко. Инга иСвета встали (Свету нехило шатало из стороны в сторону) и они, нервно оглядываясь, стали как можно быстрее ковылять к нам. Стоило им сделать пару шагов, как огромная  железная балка упала ровно в то место, где они только что стояли. Смерть исчезла, словно бы растворившись в воздухе. Вдалеке послышался собачий вой.

— Черт вашу перемать, не знаю, что тут твориться, но нам пора сваливать отсюда, — дрожащим голосом сказала Катя и, схватив меня и Арго за локти, потащила за собой в сторону остановки.

Олег и Инга пошли впереди нас. Инга поддерживала шатающуюся подругу, которая так и норовила поздороваться своим непрекрасным лицом с глубоким сугробом. Они первыми дошли до остановки и сели на только что подъехавшую «четверку»,  а мы остались ждать «единицу».  Девочки молчали, я тоже. Меня трясло, но далеко не от холодного ветра. Я не видела, чем занимались девочки, я смотрела на проезжающие машины и думала… думала…

Неужели Смерть хотела унести с собой жизни ни в чем не повинных людей? Да, я испытываю к ним неприязнь, но смерти я им не желала. Тем более, это бы произошло на моих глазах. А если бы я не предупредила их? Просто развернулась бы и ушла, а они бы умерли, раздавленные этой железякой. Я бы до конца своих дней винила себя в этом, приписала бы к косвенным убийцам…

Я боюсь расспросов со стороны девочек. Они решат, что я поехала. Видеть никому невидимых людей, тем более, саму Смерть… Ничего не хочу объяснять. Надо будет как-то уклониться от этих вопросов.

К счастью, никто у меня ничего не спросил. Ни когда ехали в автобусе, ни когда были у Арго. Даже когда я, уже будучи дома, вошла в Сеть, никто ничего у меня не спросил, Переписывались, как и раньше. Арго в очередной раз обсуждала драку, если это можно было назвать дракой, об произошедшем после не упоминали. Пару раз кольнуло в животе, потом, лежа в ванной, мучилась от сильнейшей боли, словно бы меня резали ножом. Я беззвучно плакала, обещала себе, что только боль сойдет, позвоню врачу, но стоило боли утихнуть, я забыла о своем обещании и решила никого не тревожить в столь поздний час. Справлюсь сама.

2

Утро понедельника выдалось морозным и ветреным. Снег с самого утра валил большими хлопьями (и это в конце гребанного марта!), залетая в открытое окно моей комнаты, постепенно образовав небольшой сугробик на подоконнике. Я порядком замерзла, но мне было та-ак лень вставать с теплой постели, идти по холодному полу… Бр-р. Мне необходим раб, который будет закрывать окна, когда я буду мерзнуть. Объявление дать, что ли…

Сегодня первый день долгожданных весенних ваникул. Катя предложила пойти втроем в кино, а после пойти на крытый каток. Ой, нет… Мне так лень. Я буду весь день так лежать, как бревно, в кровати и ничего не делать. Не, я не брошу свою кровать, она без меня не сможет существовать… Моя милая кроватка… Никуда я не пойду, я вся твоя.

… — Я так и думала, что фильм – говно, — сказала Арго. – Сюжет – говно, игра актеров – говно, декорации – говно, музыка – говно, обстановка – говно…

— Я знала с самого начала, что они переспят. Это было ясно с первой же секунды, — ответила Катя.

— А я не верила, что у них вообще что-то будет, — добавила я. – Уж слишком они друг друга ненавидели.

— Вот именно. В конце концов, любая ненависть между мужчиной и женщиной заканчивается сексом или же… сексом.

—  Или войной.

— А потом сексом.

— У Кати недотрах, походу, — заметила я.

— У меня? Пф-ф, нет. Ой, то есть… да… 

-Э-э… 

— Какая великолепная ступенька!!

— Катя!!

— Что? Под ноги смотри! Свалишься.

— Катя…

— Ой, да  ладно тебе, что ты, как маленькая. Будто бы мы с Женей вчера просто так лежали у меня на кровати.

— Да ну, не… Только не он...

— Да шучу я, идиотка. Вот честно, Арго, тебя можно развести, как ребенка. А сама говорила «Я отличаю правду от наеба», бла-бла-бла…

Мы спустились по лестнице до первого этажа. У меня было прекрасное настроение и, казалось, что ничего не может его испортить. И тут я встретила сводного брата Арго, который стоял к нам спиной, обнимая за талию мою одноклассницу Юлю и что-то рассказывая высокому темноволосому парню. Мое настроение улетучилось в одно мгновенье. Я почувствовала острый укол ревности, когда Юля прижалась к нему. Я впилась ногтями себе в левую руку и больно закусила губу. Я не хотела видеть этой сцены, но все равно продолжала на них смотреть. Вдобавок, я еще и услышала последнюю фразу, которую сказал Артем:

— Мы просто решили отметить сегодня полгода наших отношений. Сейчас мы в кино, а потом я и моя девочка поедем ко мне… А там ее ждет тот самый сюрприз! Все, давай, пока, спишемся, потом как – нибудь погоняем!

Артем поцеловал Юлю и, повернувшись, встретился со мной.

— Олеся! – воскликнула Юля. – Как я рада тебя видеть!

Я кивнула, не отрывая взгляд от виновато смотрящих на меня прекрасных голубых глаз. Я потянулась к нему.

— А у нас, вот, праздник, — продолжила щебетать Юля. – Представляешь, мы семь месяцев вместе! Здорово, правда!

— Семь?.. Вроде полгода – это шесть… — рассеяно пробормотала я.

— Ах, да… Ну, запуталась, бывает, — улыбнулась Юля.

— Олеся, пойдем, — строго сказала Катя.

Я туманно посмотрела на нее.

— А ты тут какими судьбами?

— Она была тут с парнем, вон он, идет как раз, — влезла Арго. Он схватила меня за руку и повела за собой. –Идем, он тебя ждет.

— Но… ведь…

— Пока, Олесь! До встречи в школе!

Я оглянулась, посмотрев на Артема. Тот, пропустив вперед Юлю, медленно поднимался по ступенькам. Когда он обернулся, Арго слишком резко дернула меня, и я не успела встретиться с ним взглядом.

Мы спускались по экскалатору, девочки о чем-то говорили,  а я молчала. Я вспоминала наши отношения. Вспоминала то, как он меня обнимал, как смотрел на меня. Вспоминала его прикосновения. Почему я тогда не учуяла измену? В его глазах не было огня, они не светились от счастья при виде меня, а руки были холодны, как лед. Когда он говорил со мной, то часто старался не смотреть на меня. С друзьями не знакомил, да и вообще старался со мной в Лицее не пересекаться. 

Я захотела побыть одна. Я не хочу на каток. Я никого видеть не хочу. Мне надо под одеяло, в кровать. Домой. Домой. За закрытую дверь.

— Я поеду домой. Мне плохо.

Два часа напролет я смотрела его фотографии, которые он выложил в сеть. Он и Юля. Он, Юля и Марина. Он и Юля. Юля и он. Тут они целуются на новогодней вечеринке, вероятно, уже после того, как меня забрали. Тут они обнимаются, сидя в кафе, в котором часто бываем мы втроем. Она с большим букетом роз. Они в магазине. Они гуляют. Они у него дома. Они вместе… везде…

Я была безумно зла на Арго. Она же была у него в друзьях, она знала об этих фотографиях. Она прекрасно знала все, что делает ее брат, а, уж тем более, с кем он в отношениях! Она все знала и врала! Врала, что он не изменяет мне, а просто занят; врала, что у нас все будет хорошо. Она сговорилась с Катей, чтобы и она врала мне! Они все врали!!

Я накрылась одеялом и отвернулась к стене. Все врут. Раньше, когда близкие мне люди говорили, что я худая, я считала, что они говорят правду. Нет. Это ложь. Мне врала сестра, увидев меня в дотошном аквамариновом платье. Врал Артем. Одноклассники. Две дорогие моему сердцу подруги. Все. Никому верить нельзя.

 

…Арго: Ну че, бабы, идем гулять?

Катя: Я за. Только мне убраться надо и голову помыть, а потом я приеду.

Арго: Ок, тогда я пошла убираться и чай делать. Сможете что-то вкусное купить? 

Катя: Я могу печеньки из дома принести. А ты, Олесь?

Анна: Я не приеду. 

Арго: Почемк?

Арго: Почему*

Анна: Мне нездоровится.

Катя: Вот блин, жаль. Мы тебя с понедельника не видели, целых четыре дня  Давай, поправляйся :* Если почувствуешь себя лучше, приезжай, мы ждем.

Анна: Несомненно.

Все они врут. Сейчас Катя приедет к Арго, и они буду обсуждать меня, попивая чай. Сплетничать обо мне. Дальше считать меня за глупую и наивную девочку. Радоваться, что я опять не пришла на встречу с ними. Я же вижу, что им неприятно мое общество. Они и общаются дольше, а я, так, третий лишний. Запаска.

Я одела джинсы, свитер, взяла плеер и наушники. Стала одевать куртку, завязывать шарф, как тут в коридор вышла Алиса. Я уже и позабыла, если честно, ее голос  и ее внешность. Я давно ее не видела. В Лицее мы не пересекаемся, дома я лежу в своей комнате за закрытой на замок дверью в наушниках, не слыша, что происходит за пределами. Мы перестали существовать друг для друга. 

Раньше, когда я видела сестру, я улыбалась. Сейчас… я вспомнила ее вранье, ее предательство, и улыбка исчезла бесследно. Я отвернулась от нее, поправляя челку, выбившуюся из-под шапки.

Ну вот, я готова идти и грустить. Обернувшись, я увидела, что Алиса по-прежнему стоит, облокотившись плечом на стену и смотрит на меня. Она смотрела на меня так же, как и Артем тогда… Виновато. Я сняла один наушник.

— Тебе чего?

Алиса покачала головой.

— А чего тогда стоишь и смотришь на меня?

— Олесь…

— Что?

Алиса открыла рот, чтобы что – то сказать, но не издала и писка. Мне надоело ее молчание, и, одев наушник обратно, я вышла из квартиры.

Я помню тот день, когда впервые увидела панораму города с крыши. Я на нее смотрела уже сотню раз, и каждый раз как новый. Меня по-прежнему захватывал этот вид. Эти разноцветные огни фонарей и разных неоновых вывесок на знакомых зданиях мелькали повсюду. Люди беспечно прогуливались по улицам в столь поздний час, кто – то возвращался домой с нагруженными сумками, компании подростков собирались в дворах или подъездах. Даже не верится, что скоро мне придется попрощаться с ненавистным мне городом. Скоро для меня не станет лживых лицемеров, Лицея, всяких там Артемов и Юль, Марин, Арго, Кати… Никого. Я уже не буду сидеть, как сидела эти четыре дня, страдая от лжи подруг, переживать за себя. Меня не будет что – то тревожить.

Ну, да ладно, оставлю я всю трагедию. В последнее время слишком часто об этом думаю, аж саму начало раздражать.

Холодает. Пора домой, пока совсем не замерзла. А что меня ждет дома? Опять я приду домой, закроюсь в своей комнате, включу музыку или же посмотрю какой-нибудь фильм, лягу спать ближе к утру, если вообще усну. Я заметила, что чем ближе день Х, тем чаще у меня случается бессонница. Я всю ночь тупо палюсь в потолок и слушаю музыку, вспоминая прошлое и мечтаю, что в новой жизни не будет всего этого дерьма, что было. 

… Вот и автобус. Я оплатила проезд и села возле окна. В наушниках играет Dead by April – My Saviuor. Песня, которая так нравится Алисе. Не знаю, почему, но она теперь нравится и мне. Я слушаю ее с того момента, как стала уходить с крыши.

Я подъезжала к остановке, на которой часто выходила, чтобы дойти до Кати. Я посмотрела в окно на входящих в автобус людей и увидела… АРГО. Я резко вскочила с места, чем немного напугала сидящую рядом старушку. Я быстро ушла в самое начало автобуса, села спиной ко входу и уставилась в окно. Мне повезло: в окне отражалось все, что происходило  в салоне автобуса. Я смотрела на то, как Арго отдает кондуктору мелочь и садится спиной ко мне в конце автобуса. Я откинулась на спинку сиденья. Остановка, на которой выходит Арго, находится через две после моей. Если Арго не вздумается прогуляться (а она часто это делает), то я смогу выйти незамеченной.

Зазвонил телефон. Это было Арго. Твою мать, почему я не додумалась поставить телефон на беззвучный режим?! Я посмотрела через окно на Арго. Походу, она в наушниках. Я сбросила звонок и перевела телефон в другой режим, но это было лишним. Арго уже не звонила. Я проследила за тем, как она убрала телефон в карман куртки и уставилась в окно.

Моя остановка. Я медленно поднялась. Черт, почему же я так дрожу? Я быстро посмотрела на Арго и тихо подошла к остановке. Дверь открылась, я вышла. Я стояла, вдыхая морозный воздух и бросила полный страха взгляд на автобус и… встретилась глазами с Арго. Она удивленно посмотрела на меня и, вопросительно выгнув бровь, встала с сиденья. Я стояла, как парализованная, смотрела, как она вышла из автобуса и неспеша подошла ко мне. Она вынула оба наушника и, скрестив руки на груди, стала смотреть на меня.

— И где же ты была, болеющая ты наша?

Черт, почему же мне так стыдно?! Я опустила глаза, изучая замерзший бычок от сигареты.

— Где ты была?

— Решила пройтись по улице, мне стало скучно дома.

— А до нас зайти? Я видела, что ты была в автобусе еще тогда, когда я зашла.

Я посмотрела прямо в зеленые глаза Арго. Какого хрена она наезжает на меня?! Когда Катя только приехала, то Арго просто забила на меня и гуляла только с ней, а я тогда хоть слово сказала? Так…

— Мне пора домой, Арго. Я и так уже опаздываю, — соврала я и, развернувшись, быстро ушла. Я ожидала, что Арго что-то скажет вслед, но она промолчала. Тем лучше.

Катя: Арго сказала, что видкла тебЯ сегодня

Катя: Почему ты соврала нам?

Анна: Я не врала, в отличии от вас

Катя: Э-э… Прости что? Мы врали?

Анна: да.

Катя: Когда?

Анна: наверно, с самого начала нашего знакомства

Анна: хотя, вы  и сами должны знать

Катя: что ты вообщк несешь?!

Катя: с чего ТВ это вдруг взяла

Катя: что за нахер, Олеся

Катя: что за предъявы

Катя: мы ни разу тебе не врали, за все время

Анна: угу. Оно и видно.

Арго: Так, что тут происходит?

Катя: Прикинь, Арго, мы с тобой плохие. Мы врем нашей подруге. Суки мы такие.

Арго: Что?

Анна: я не говорила, что вы плохие, не надо тут на себя наговаривать.

Катя: ты это подразумевала!

Арго: Итак, я жду обоснований. С чего это вдруг ты решила, что мы врем тебе?

Анна: Да, давайте, я выскажу вам. Все.

Анна: Только не перебивайте

Анна: начнем, наверное, с Артема. Арго знала о том, что он изменяет мне, верно? Точнее, изменял. Ты же знала. Он был у тебя  в друзьях. Выкладывал фотографии со своей шлюхой. Ты их видела

Анна: И ты должна была знать!

Анна: И ты знала. Но ничего мне не говорила.

Арго: эм. Ладно. Пока ты формулируешь вторую причину, я тебе поясню следующее.

Арго: Артем у меня в друзьях с позавчерашнего дня, и то, по случайности, он увидел мою страницу и подписался на  меня. Я, в свою очередь, подписалась и на него тоже.

Катя: Это было, причем, при мне.

Катя: Хорошо, какая вторая причина.

Анна: а вам этого мало?

Анна: надо еще?

Арго: ну, придумывай быстрее

Катя: да нахер надо. Мы плохие. Все.

Арго: как обычно

Катя: пора смириться

Анна: Короче, можете и дальше обзывать себя. Я высказала, что думала. Хотя бы, частично.

Мы молчали около получаса. Я вновь почувствовала себя виноватой. Арго объяснила, что он у нее в подписках не так давно, но на каком основании я должна ей верить? С чего это вдруг? А с другой стороны, почему это не может быть правдой? 

Если я сейчас ничего не предпринять, то мы можем поссориться. Надо ли мне это? Я не знаю, что делать. 

Анна: ладно, сори, вспылила. Я спать. Спокойной ночи.

 

Наутро все было хорошо. Видимо, девочки простили меня. Хах, но я их нет. Я считала их виноватыми. Даже вчера они, походу, врали. Блин, да наплевать уже. Пусть врут дальше. Я не хочу их видеть сегодня. Вообще из дома не выйду сегодня! И в сеть заходить не буду. И трубку не возьму. Ничего не буду делать.

*15 минут спустя*

Анна: Кать, я к тебе сегодня.

Катя: Во сколько тебя ждать?

Анна: Минут через 20.

Арго: Нет, ты меня подожди, встретимся на твоей остановке и вместе пойдем. Я уже выхожу.

Анна: 40.

Катя: Ок, я жду.

 

…До конца каникул мы не ссорились. Однако, ощущение того, что девочки что-то скрывают, усиливалось с каждым днем.  Возможно, мне казалось, но девочки стали чаще переглядываться и перешептываться. В предпоследний день каникул, когда мы были у Арго, я застала их, когда вышла из туалета. Они о чем –то тихонько переговаривались, но, увидев меня, замолчали. Я никак на это не отреагировала, мне было уже все равно. Я с натянутой улыбкой попрощалась со всеми, сказав, что мне надо срочно домой. Арго попыталась меня уговорить остаться подольше, но это было бесполезно. Я не хотела оставаться с ними и, быстро одевшись, ушла.

Всю ночь я не могла уснуть. Мне было холодно, очень холодно. Окно было закрыто, из шкафа достала старое тяжелое теплое одеяло, выпила большую чашку горячего чая, а потом и какао хлебнула – бесполезно. Я никак не могла согреться.Что самое странное, то температура тела была нормальная, несмотря на пробирающий до костей холод. Я не знала, что уже сделать. Я включила ноутбук, загрузила фильм и, выпивая одну чашку чая за другой, провела остаток ночи и большую часть утра так.

К двенадцати часам дня я уснула. Мне снился Лицей, а точнее, столовая в Лицее. За столом возле окна сидела толстая девочка с короткими темно-русыми волосами, в светло – голубых джинсах и белой блузке, которая облегала каждую складочку на жирных боках и из-под которой был виден свисающий «многослойный» живот. Девочка сидела спиной ко мне, из-под джинс немного торчал толстый зад и серовато – белые трусы. Девочка ела большую, очень большую булку с шоколадом внутри и запивала почти холодным сладким чаем. Я подошла к ней и села рядом, но она меня не заметила. Она продолжала есть, откусывая большими кусками, да так,  что маленькие куски булки падали изо рта на стол. 

Я смотрела на себя со стороны. Это была определенно я. Я никогда себя ТАКУЮ не забуду. Неужели я и правда столько ела? О боже, и как я ела! Как свинья…

Я посмотрела назад, на столик, за которым сидели одиннадцатиклассницы. Одна из них, по имени Люба, смотрела на меня с отвращением вместе со своей черноволосой подругой, которая снимала меня на камеру. Я резко встала и подошла к ним. Они не заметили меня.

— Прекратите это снимать! – громко сказала я.

Странно, но никто не посмотрел на меня, никто мне ничего не ответил. Меня просто проигнорировали, будто бы меня вообще не было. Я догадалась, в чем дело. Это как в тот раз, когда я видела свои похороны. Я – фантом, безтелесный призрак, не более.

Я отошла от девочек и подошла к себе (как же это странно). Я ела и ела. И ела и ела. Ко мне подошла моя классная и спросила, не хочу ли я еще. Я заметила, как ее губы дрогнули в едва заметной улыбке. Я посмотрела на себя и покачала головой. Я вспомнила этот день. За неделю до той самой дискотеки. Вот, я согласно киваю, и учительница заказывает еще две булочки. Не в силах больше это видеть, я выбежала со столовой.

Вот, я иду по первому этажу Лицея. Сидит Артем, Егор, Алиса, Юля и Марина. Я, пользуясь своей невидимостью, сажусь рядом с Артемом и начинаю слушать их разговор.

— Вот честно, — сказала Алиса. – Я не понимаю свою сестру. Она постоянно ест, и в таких количествах, что любой другой бы человек уже не выдержал и лопнул, но нет, ей нормально.

— Она, наверно, всю семью объедает, да?

— Не сказала бы. Мама и бабушка очень много готовят, еще и умиляются, что она так много ест. Мне же читают нотации, но я сразу же обычно ухожу под разными предлогами, а все мамины нравоучения, которые она начинает мне преподносить дома, я пропускаю мимо ушей. 

— Хах, с такой сестрой, как она, неудивительно, что ты такая худая.

— Нет, дело не в ней, а в моей выдержке и силе воли. У меня есть пример того, что будет со мной, если я буду много есть. Так что… смотрю и сдерживаюсь.

— Странные вы создания, бабы, — сказал Егор. – Зачем вы худеете? Вы и так нормальные.

— Мы не худеем, — сказала Юля. – А поддерживаем фигуру.

— Мне кажется, — протянул Артем. – Что Олеся никогда не похудеет. 

— А если вдруг? – усмехнулся Егор. 

— А если похудеет, то я буду с ней встречаться. 

— Да ладно! – всплеснула руками Марина. – Ты не шутишь?!

— Я серьезно. Я буду с ней встречаться недели две.

— Зачем?

— Просто так…

Егор протянул правую руку.

— Спорим, что она так и останется толстой?

— Спорим.

Парни пожали руки. Я встала и, размахнувшись, ударила его по лицу. Рука прошла сквозь руку, я не удержалась и упала. Когда я встала, я была уже в квартире Арго.

Она сидела с Катей на диване.

— Я вчера прочитала переписку Артема и Егора. Отношения его и Олеси – пустяк. Это просто спор. Он не любит ее.

— Почему бы не сказать ей?

— Я не могу… Не хочу ее ранить. Тем более, она так сильно его любит, что вряд ли поверит. Нужно дождаться, когда они сами расстануться.

— Но…

— Нет, Кать. Без «но». Мы ничего ей не скажем. Да, поступим не по-дружески, да, если она узнает, придется многое объяснять. Но не сейчас. Ей и так плохо, больницы, все дела…

Катя глубоко вздохнула.

— Кстати, больница… Пошли, она ждет нас.

…Мне по-прежнему холодно. И больно. Живот… так сильно он давно не болел, наверное, с Нового года. Я свернулась под одеялом, тяжело дыша.

— Олеся, я вот тут хотела сегодня… что с тобой?

Я медленно покачала головой из стороны в сторону.

— Врешь. Живот? Что ты раньше не сказала! Я звоню врачам!

— Не надо… — простонала я. – Прошу, это не от этого…

— Мне все равно. Врачи установят, от чего это. Если вдруг что, то я не смогу тебе помочь. О чем ты только думаешь.

Я попыталась встать, но сделала себе только хуже.

— Лежи! – строго сказала мама. – Алло, «скорая»?

В глазах потемнело. Знакомое ощущение. Сейчас я провалюсь в пустоту и очнусь в больнице. Опять…

А чего я хотела? Завтра ведь уже 1 апреля!..

Обсудить у себя -1
Комментарии (19)

Простите, что не отредактировано. MyPage отказывается публиковать отредактированный текст, принимает только такой шрифт, без подчервкиваний и выделений. Я не знаю, что делать Пока что довольствуйтесь этим, потом что-нибудь соображу.

а так даже жизненней как-то...


шлюховатый урод?
Ваше Величество, воздержусь от комментариев, поберегу голову 

Мой Вдохноситель, простите сердечно 

Вот ВдохноСителя точно не прощу!

Ой, опечаталась… Прости, бессонная ночь… вообще не вижу, что пишу

Благодарю за Вашу доброту, мой Вдохновитель

Жду «рассказики»

Комментарий был удален

«Рассказики»?

Ты же объявила мне, что будешь рассказики писать, по завершении саги

Ох, прости, память совсем как у рыбки… Конечно, все будет

каждую главу читаю на одном дыхании 

Стараюсь для вас

Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: